Календарь значимых событий
Госуслуги

Символы десятилетий

В Обнинске всяких домов и строений — более тысячи. Но уникальных, обращающих на себя внимание, ставших городскими архитектурными символами — единицы. “Новая среда” рассказывает о зданиях и сооружениях, определивших облик города.

40-е годы

Граница города в конце 40-х — в районе ДК ФЭИ и улицы Шацкого. Знаковые здания, определявшие архитектурный стиль места в ту пору, были построены еще до войны — особняк Обнинского (Морозовская дача), 1902-й, и детский санаторий (здание испанского детского дома, Главный корпус ФЭИ), 1937-й.

Обнинск, официально получивший статус города в 1956-м, старше этой даты ровно на 10 лет — строительство города началось в 1946-м. Хотя и до этого времени здесь были дома, жили люди. Место, где вырос Обнинск, было заселено всегда. Точнее, с эпохи неолита. Но нас сейчас интересуют более близкие времена.

Один из главных укоренившихся мифов о начале Обнинска — его строили немецкие военнопленные. Не было их здесь. Ученые, переселенные из Германии в добровольно-принудительном порядке, были, а вот пленные — нет. Город 40-х — начала 50-х построен отчасти трудом своих зэков, а зону, в которой их держали, построили в 1946-м. Располагалась она на месте нынешней воинской части внутренних войск и клуба “Ритм”.

Самым же красивым зданием Обнинска в 40-е годы, впрочем, как и в последующие десятилетия, можно считать особняк Виктора Обнинского, построенный в 1901-02 гг., который традиционно в городе именуется по фамилии следующей владелицы — Морозовская дача. Красавец-дом был сооружен влюбленным человеком, Виктор Петрович только что женился и к своей юной супруге относился трепетно и нежно. И особняк, легкий и устремленный в небо, подчеркивал это чувство. Дом “держала” вертикаль — 8-метровая башня, опоясанная балконом. Сейчас этой башни нет, ее снесли весной 1942-го в целях маскировки — в здании расположился командный пункт командующего Западным фронтом.

Фамилия архитектора известна — Лопатин. Из дошедших до нашего времени его строений сохранился еще доходный дом в Петербурге, ул. Большая Зеленина, 3. Стиль особняка Обнинского — новоанглийский, сочетание романтики и готики. Здание имеет сложный план, это не просто “коробка” — к центру дома примыкают несколько строений, которые как бы сами по себе, даже имеют отдельные входы, но в то же время составляют единое целое. Кстати говоря, построена была “дача” с применением самых современных стройматериалов того времени. Кровлю покрыли красно-коричневой марсельской черепицей, которая прослужила до 90-х годов, стены выложили желтым облицовочным камнем.

Дом располагал всеми удобствами, даже лифт имелся, по которому подавались дрова на кухню, расположенную на 2-м этаже. Были ванна, душ — вода горячая и холодная. Разумеется, и канализация тоже. Отопление печное, каминное и центральное. Полы — паркет и линолеум. Виктор Петрович увлекался масонскими идеями, они сказались и на особняке — там устроены подземные ходы (о подземельях “морозовской дачи” написано в “Народной газете”, № 44, 2010) и тайная комната. Всего же комнат в особняке — 14. Считая тайную — 15.

Теперь о нынешнем его состоянии. Морозовская дача по-прежнему находится в федеральной собственности на балансе ФЭИ, и для ее сохранения ничего не делается более 20 лет. В прошлом году официально объявили, что историко-культурный памятник переходит в муниципальную собственность. Это стало бы благом для здания — его бы начали восстанавливать. Но передача не состоялась. Городские власти получили от Росимущества письмо, в котором написано, что это ведомство не нашло оснований отдавать Морозовскую дачу городу. Получается, сам не ам и другим не дам. Если так и будет продолжаться, особняк Обнинского ждет судьба “барского дома” в Белкине — просто развалится. Что имеем — не храним…

 

50-е годы

Граница застройки города в конце 50-х проходила в районе нынешней Треугольной площади. Из знаковых зданий того времени — ДК ФЭИ, филиал МИФИ (ныне политехникум). Тогда же были построены самые главные сооружения Обнинска, давшие ему всемирную славу — Первая в мире АЭС, 1954-й и метеовышка, 1958-й. Главный архитектурный символ десятилетия — ВММ-300 (высотная метеорологическая мачта), жители города называют ее проще — вышка.

Вышку построили “на выселках” — путь до нее от жилых кварталов был не близкий. Для ребятни того времени поход к вышке был целым мероприятием. Особо привлекало поле с подсолнухами на месте нынешнего 32-го мкр.

Идея вышки принадлежит Герою Советского Союза, в то время директору института прикладной геофизики (ИПГ) Евгению Федорову. Институту было поручено заняться исследованием распространения выбросов с потенциально опасных объектов, в том числе и АЭС. Для моделирования выбросов Евгений Константинович решил построить вышку. Федоров запланировал кроме выбросов изучать с помощью высотного сооружения еще и приземный слой атмосферы, и есть легенда, что для этого он захотел построить вышку километровой высоты, но его “аппетиты” ограничили тремястами метрами.

Одновременно со строительством вышки в Обнинске открылся филиал ИПГ. Для него построили барак, сохранившийся до сих пор. Из всех обнинских бараков (а их было немало) до наших дней дошел один, именно этот. Подойти к нему обычный обнинец не может, а разглядеть — запросто. Он находится слева от входа на территорию вышки за ограждением. Там же жили и монтажники-высотники.

Метеомачта — первый в мире научный объект подобного рода для экологических исследований. И впервые в мире была применена новая конструкция — сварная 315-метровая труба диаметром 2,3 метра стоит на шаре, а удерживают ее 16 стальных канатов, или, как говорят специалисты, вантов. Метеомачту спроектировали в Центральном НИИ строительных металлоконструкций (ЦНИИПСМ). Руководила проектными работами инженер Евгения Николаевна Селезнева. Старожилы города называют вышку “федоровской”, хотя более верным было бы именовать ее “селезневской”. Но проектировщика незаслуженно забыли. Кстати, на сайте ЦНИИПСМ в разделе “высотные объекты” есть много сооружений, которыми гордится институт, — в основном это телевизионные башни. Но на обнинскую метеомачту ссылок нет.

Кстати, у обнинской ВММ есть “родная сестра” — телевизионная вышка в Виннице. Она построена по такому же проекту. Но внешне, из-за навешанных на нее передатчиков, немного отличается.

Обнинскую вышку соорудили ударными темпами практически за один год. Технология строительства была уникальной — применили самоходный кран, который “полз” по трубе, цепляясь за крюки. Он и поднимал наверх 10-метровые секции. Монтаж вышки закончили к ноябрьским праздникам 1958-го года.

Что любопытно, высота ВММ менялась. В начале 70-х исследовали особенности преодоления самолетами звукового барьера. Для этого к макушке вышки прикрепили 8-метровую антенну. И высота ВММ на время стала равняться 323 м.

Сейчас ВММ используется как огромный прибор, ежесекундно на трех уровнях высоты измеряющий атмосферные параметры — температуру, влажность, скорость и направление ветра и другие. Данные в реальном времени выкладываются в Интернете, адрес - http://typhoon-tower.obninsk.org

60-е годы

Граница застройки города в конце 60-х годов проходила по ул. Комарова. В 1969-м вышка стояла на самом краю Обнинска. Улица Курчатова в 60-е годы была частично застроена — до ИМР. В городскую черту уже входила и территория ВНИИГМИ-МЦД. Главный архитектурный символ десятилетия — аэрозольный корпус ИЭМ, 1964-й.

60-е годы — довольно бедные в архитектурном плане. Сталинские колоннады ушли в прошлое, а время брежневских пилонов еще не пришло. Обнинск растет на север, как на дрожжах, за 10 лет — от нынешней Треугольной площади до ул. Комарова, темпы неслыханные. Но характер застройки — скромненький, особо хвастаться нечем — типовое жилье, типовые школы, детские сады, магазины. Все как у всех, только много. Хотя особенности все-таки появились. И в первую очередь это аэрозольный корпус Института экспериментальной метеорологии, ныне входящего в состав НПО “Тайфун”. Аэрозольный корпус внешне — это 50-метровая прямоугольная башня с часами, обнинский Биг-бэн. Часы, правда, появились позднее, в 70-е.

Проект сооружения был разработан в “экзотической” для этой цели организации — в ленинградском филиале Государственного института по проектированию газоочистных сооружений “Ленгипрогазочистка”, но кто именно автор проекта, увы, неизвестно.

Церквей с колокольнями в то время, понятно, не строили, вертикальных архитектурных линий городу не хватало, и “церковью” стал аэрозольный корпус ИЭМ — “храмом науки” в прямом и переносном смысле слова, вертикальной доминантой среди плоскостной жилой застройки.

Внутри башни — вертикальная аэродинамическая труба, в ней моделируются различные атмосферные процессы. Рядом с башней — вторая часть аэрозольного корпуса, это камера огромных размеров, высотой метров двадцать, для создания в ней искусственных облаков и туманов. Ее объем 3200 кубометров. Аэрозольный корпус имеет официальный статус уникальной научной установки России.

 

70-е годы

За это десятилетие город прирос 40-м и 40а микрорайонами. Северная граница в конце 70-х проходила по проспекту Маркса, в ту пору там появляются первые дома. В начале 70-х начинают работать ДК «Строитель», теперь магазин «Копейка», ДК завода «Сигнал», ныне Городской дворец культуры, танцпавильон «Ритм», сейчас — клуб с таким же названием. 70-е годы — расцвет строительства научных зданий. Появляются ВНИИГМИ-МЦД, ЦКБ, ЦИПК.

Архитектурные символы десятилетия — корабль и крепость в 40а мкр., 1976 год, и Дом научно-технической и политической пропаганды, ныне Дом ученых, 1979-й.

70-е годы — золотое время обнинской архитектуры. Золотое в буквальном смысле — за 40а мкр. группу архитекторов наградили Государственной премией РСФСР, а за Дом ученых — премией Совета министров СССР. Это очень важные и высокие награды по тому времени, в какой-то степени даже лучше орденов — потому что, кроме почетной, имели еще и денежную составляющую. Больше в городе государственных наград за архитектуру не было.

В самом конце 60-х в Обнинске открыли отдел № 618 института энергетических технологий (ВНИИЭТ). За этим странным названием «скрывалась» вполне мирная проектная организация, которая должна была «нарисовать» образцовый социалистический город, всем на удивление. И нарисовала. Возглавлял отдел Евгений Викторович Симов, архитектор, определивший облик города от ул. Комарова — на север и восток. 32, 40, 40а, 39, 38, 51, 52 микрорайоны — все это спроектировано под его руководством. Получается, человек заглянул на десятилетия вперед и красиво сделал то, чем пользуется уже второе, а то и третье поколение горожан и радуется тому, что Обнинск — город, удобный для жизни. Скажем спасибо Симову и его команде.

 Одним из членов его команды был Владимир Шкарпетин, ныне здравствующий известный архитектор. Если подойти к кораблю во дворе 40а мкр. и внимательно посмотреть на кованые флаги, «развевающиеся» на мачтах, то увидите там буквы. Буква «Ш» — значит, Шкарпетин, один из авторов, — именно он и придумал, чтобы во дворе стояли корабль и крепость. А получилось так: сначала на бумаге в центре двора возник фигурный бассейн, потом появилась мысль — а не дополнить ли композицию? Так на берегу «моря» появились корабль и крепость. Корабль — не барк, не бригантина, не каравелла — это просто стилизация под европейское океанское судно начала Нового времени. По размерам примерно такое же, как тогда — корабли Колумба были не больше. Диковинный двор стал местом паломничества детворы со всего города и округи — таких «игрушек» нигде больше не было. Со временем они, увы, поизносились, да и «добрые люди» растащили все, что могли — крепость лишилась деревянных пушек, корабль остался без двух фонарей, висевших у входа на корму, но даже в нынешнем не очень презентабельном виде корабль с крепостью остаются украшением города.
А Государственную премию дали не только за дворовые элементы — за архитектуру микрорайона в целом.

В конце десятилетия появилось главное «культовое» здание советской эпохи — Дом политической и научно-технической пропаганды. «В нем применен типичный прием для «культовой» архитектуры 70-х-80-х годов — фасад украшен пилонами, — говорит Владимир Шкарпетин. — Это характерно для обкомов партии и других подобных зданий того времени». Идея этого сооружения принадлежит главному лицу города 70-х — первому секретарю горкома Ивану Новикову. Внешний облик «политпросвета» разработали ленинградские архитекторы, а за интерьеры отвечали обнинцы, Владимир Шкарпетин в том числе. Денег на реализацию идей не жалели, и когда Новиков узнал, что в интерьерах собираются применить обычный белый мрамор, рассердился и велел, чтобы мрамор был розовый, армянский. Это выходило значительно дороже, зато красивее. Особенно постарались украсить фойе второго этажа — это единственный в городе двухсветный зал — с двумя рядами окон, под потолком — три массивные бронзовые люстры, стены — в мраморе. Для пущей помпезности — еще и бюст Курчатова.

В начале 90-х здание пострадало по идеологическим соображениям — с него сняли бронзовый горельеф вождей мирового пролетариата Маркса, Энгельса, Ленина. Нынешний директор Дома ученых Алла Портнягина сожалеет об этом: «Горельеф был не только украшением, он защищал стену от дождя. После того, как его сняли, мраморная плитка отсырела и стала отслаиваться, ее пришлось менять». Алла Ивановна рассказывает, что ей регулярно предлагают убрать еще и бюст Ленина из фойе первого этажа, но она противится: «Это символ эпохи и важная часть интерьера, как архитекторы задумали, так пусть и будет». Одну деталь у здания забрали, другую прибавили — к приезду президента Медведева прошлой весной на козырьке над главным входом появились красивая надпись «Дом ученых». Правда, в последний момент решили, что Дмитрий Анатольевич будет проводить совещание в другом месте. Тем не менее, ему спасибо, и пусть приезжает почаще — это способствует украшению города.

 

80-е годы

Отделенный от города большим пустырем, вырастает 51-мкр. Граница города вплотную подошла к Белкинскому оврагу. Часть домов деревни снесли под строящийся 52-й мкр. Десятилетие отличается грандиозным строительством домов с квартирами улучшенной планировки, современных школ и детских садов.

Архитектурный символ десятилетия — 39-й микрорайон, 1980-1984-й.

Заведующая отделом современной истории городского музея Наталья Прусакова высказывает интересное мнение: «Трудно выделить какое-либо здание, как символ архитектуры Обнинска 80-х годов. Я бы лучше сказала, что это комплекс жилых домов с квартирами улучшенной планировки — то, что было нужно людям больше всего». Невозможно не согласиться. Квартира улучшенной планировки — и сейчас запредельная мечта для многих обнинцев. Тогда же появление такого жилья приводило людей в восторг — лоджия, просторная кухня, большой коридор, удобно расположенные комнаты. В некоторых квартирах — два туалета!

Но тогда заботились не только о том, чтобы сделать жилье удобнее: сами кварталы 80-х тоже отличаются тем, что в них удобно жить, и среди них 39-й мкр. — истинный шедевр городского зодчества 80-х, спроектированный коллективом под руководством Евгения Симова. Район хорош своей развитой социальной инфраструктурой — три детских сада, две школы, музыкальная школа, библиотека, большой магазин самообслуживания и даже детское кафе-мороженое «Лакомка» — центр притяжения для ребятни всего города. Мороженое тогда было в дефиците, в уличной продаже появлялось нечасто, зато в «Лакомке» оно было всегда, и всегда там выстраивалась длинная очередь, минут на сорок. Об этом кафе стоит сказать особо — там был чудесный «сказочный» интерьер. Те, кому сейчас за 30, наверняка помнят, как там крутилось колесо игрушечной водяной мельницы, рядышком сидела Баба-Яга. А еще — живая веселая белка, на которую можно было смотреть долго-долго. Как мы ни пытались выяснить, кто проектировал интерьер «Лакомки», сделать этого не удалось. Одно известно — что это был не обнинский архитектор. Детского кафе-мороженого больше нет, оно осталось только в воспоминаниях, на его месте сейчас магазин автозапчастей.

90-е годы

Массовое строительство бесплатного жилья прекращено. Процветает точечная застройка для состоятельных господ. Одни из первых таких домов появляются в 1994 году — две «точки» на ул. Горького. Потом подобные начнут расти по всему городу, как грибы после дождя, вызывая активное недовольство жителей старых домов. Вскоре становятся модными коттеджи, и город окружает деревню Белкино несистемной индивидуальной застройкой. Завистники говорят: буржуйский «шанхай». В 1991 году закончено строительство последнего научного здания города — административного корпуса ВНИИСХРАЭ, облицованного розовым армянским туфом. В эти годы не появится ни одной школы, ни одного детского сада, впрочем, как и в следующем десятилетии тоже. Зато строят новые магазины, самый заметный из них — «Дом для дома», 1996-й. Непримечательный внешне, он поражает роскошными интерьерами, а еще — возрождением системы самообслуживания.

Архитектурный символ — Храм Рождества Христова, 1999-2002

90-е годы — время возрождения массового интереса к религии, начавшегося в 1988-м, в год празднования тысячелетия введения христианства на Руси. В Белкине восстанавливают церковь XVIII века, там служит отец Вячеслав Полосин, позднее перешедший в ислам. Появляются первые храмы и в Обнинске. На культовое строительство поначалу нет денег, поэтому под церкви переделывают зал детских игровых автоматов в парке и клуб в бывшей воинской части № 14114 на ул. Любого. Этих помещений, по мнению епархиального руководства, не хватает верующим Обнинска, и в середине 90-х архиепископ Климент принимает решение построить в наукограде большой храм-новодел. С просьбой сделать проект обращаются к известному обнинскому архитектору, прославившемуся комплексом МЖК, Михаилу Белоусову. Он работает над проектом храма бесплатно.

«Меня попросили сделать проект по образу и подобию церквей допетровской эпохи, — вспоминает Михаил Михайлович. — Но это не точная копия какого-то храма, а стилизация, синтез, индивидуальное решение». Изначально постановили, что построят храм в честь Рождества Христова. Значит, по канонам, он должен быть одноглавым и покрашен в золотистый или белый цвет. Были большие проблемы с выбором места, ведь по тем же канонам храм строго ориентируют по сторонам света, по линии «запад — восток». Сначала его хотели строить на поле рядом с Домом ученых, но тогда получалось, что главный вход будет со стороны леса — неудобно. Рассматривался и вариант размещения на Аксеновской площади, там, где сейчас рынок. Но ставить храм рядом с большим магазином не захотели в епархии. Короче, выбрали то место, на котором он и стоит, пожертвовав сквером, который там разбили в 80-е годы. «Мне хотелось, чтобы храм был повыше, метров пятьдесят, чтобы он был выше 12-этажных домов, которые стоят рядом, — говорит Михаил Белоусов. — Но недостаток денег на строительство заставил делать его ниже. Тем не менее, считаю, что храм органично вписался в городскую среду».

Что интересно, купола собора не золоченые — сусальное золото при строительстве современных церквей не применяют. Для этих целей есть нитрид титана, долговечный, красивый и недорогой материал.

 

Нулевые годы

После продолжительного застоя в поквартальной застройке, появляются два новых микрорайона — 51а и «Северный». Новые районы практически лишены социальной инфраструктуры, за исключением магазинов, по числу которых на тысячу населения город становится одним из самых обеспеченных в России. Впервые в Обнинске в самом конце проспекта Ленина строят 17-этажные дома.

Нулевые годы — расцвет строительства торговых зданий, а «венец творенья» и архитектурный символ десятилетия — торгово-развлекательный комплекс «Триумф Плаза».

Еще в самом начале нулевых годов группа компаний «Русский дом», возглавляемая известным предпринимателем Виктором Дроздовым, замыслила построить большой торгово-развлекательный комплекс, площадью 60 тыс. кв. метров — самый большой в Калужской области. «Мы очень тщательно подошли к выбору проекта, — рассказывает Виктор Федорович. — Изучили международный опыт проектирования, строительства и эксплуатации подобных объектов, объездив несколько стран. От двух предложенных проектов мы отказались, они нам не понравились. А проект, разработанный петербургской компанией «Век», которой руководит Ваагн Вермишян, нас вполне устроил». Еще Виктор Федорович рассказал, что к цветовому решению комплекса подошли очень серьезно, проработав несколько вариантов, пока не остановились на благородном оливковом с небольшими вкраплениями красного.

Громада «Триумф Плазы» вызывает споры. Архитекторы Ольга Ашварина и Владимир Шкарпетин называют комплекс «несоразмерно большим», предъявляют претензии к месту расположения: такому зданию хорошо бы стоять не в центре города, а на его окраине. А Михаил Белоусов говорит о непропорциональности здания, о том, что коллега «перемудрил». Но большинство сходится в том, что интерьеры «Триумф Плазы» отличные. Вспомним историю: Эйфелеву башню тоже поначалу сильно критиковали, а теперь все парижане ею гордятся. Однозначно, «Триумф Плаза» уже стала невероятно популярным местом — вечером в пятницу вся парковка забита машинами. Ничего подобного в городе нет, да и вряд ли скоро появится.

10-е годы

Как видится сейчас, из 2011 года, на звание архитектурного символа начавшегося десятилетия сможет претендовать строящийся спорткомплекс — ледовый дворец с 50-метровым бассейном. Кстати, впервые за последние 20 лет в городе возводится большое общественное здание на бюджетные деньги. Судя по размерам стройплощадки, оно по размерам поспорит с «Плазой». Вполне возможно, что в ближайшие десять лет архитекторы удивят нас еще каким-нибудь шедевром, о котором пока никто не знает. 

Статья из газеты "Новая Среда" от 01.06.2011 и 08.06.2011

Создано: 05.09.2011 14:26

Дата последнего обновления страницы: 03.06.2014 09:57